Главная страница

Белокобыльская Татьяна Павловна, учитель, школьный библиотекарь



Скачать 54.17 Kb.
Название Белокобыльская Татьяна Павловна, учитель, школьный библиотекарь
Дата 25.02.2016
Размер 54.17 Kb.
Тип Документы

Белокобыльская Татьяна Павловна,

учитель, школьный библиотекарь.

О моей самой любимой книге А. С. Пушкина, книгах вообще,

и преподавании литературы, в частности.

Когда началось мое знакомство с творчеством великого поэта?

Трудно ответить на этот вопрос. Когда мне не было еще и пяти лет, моя мать работала библиотекарем. Говорят, что я так и выросла при библиотеке, бродила между стеллажами, засыпала там же на двух составленных стульях, листала страницы книг. Это были сначала мои первые игрушки, а потом и верные друзья. Уже тогда мне читала мать пушкинские сказки. Я быстро запоминала их наизусть и знаю до сих пор почти без ошибок. Самыми первыми строчками были, конечно, отрывки из «Сказки о царе Салтане…» про белку, которая песенки поет, про ветер и кораблик,

В пятом классе «За отличную учебу и отличное поведение» мне подарили в школе книгу: «Избранные произведения А. С. Пушкина, Москва, 1964г.» с замечательной вступительной статьей С. Бонди о поэте.

Я тридцать пять лет работаю и в школьной библиотеке, но более удачного издания, чтобы заинтересовать читателя-ребенка, не встречала. Для того времени замечательно изданная, подарочного формата, с прекрасным доступным рассказом о жизни и смерти А. С. Пушкина, с портретами поэта, его родителей, няни, жены, друзей, репродукциями с картин современников, рисунками к опубликованным произведениям, автографами самого! Пушкина на фронтисписе, эта книга стала для меня настольной и любимой.

Был у нее, правда, один небольшой недостаток, который я быстро исправила – черно-белые иллюстрации, которые я раскрасила по своему вкусу, обычными цветными карандашами, сказочным сюжетам яркость. Так как бумага была хорошего качества, книгу я не очень испортила, зато рисунки к сказкам стали интересней. Конечно, портреты я не тронула.

Произведения поэта были также тщательно и с любовью отобраны С. Бонди для книги: все сказки, много стихов, отрывки из «Евгения Онегина», из других поэм, почти вся «Руслан и Людмила», «Дубровский», «Барышня-крестьянка» - все понятное и доступное пятикласснице. А если и было что незнакомое, составитель предварял стихи ясным коротким вступлением об истории события или имени героя. Стоила эта книга один рубль – пятидесятую часть зарплаты моей матери, а мне ее ведь подарили, заслужила.

Конечно, я прочла книгу от корки до корки и не один раз, пыталась разобрать даже торопливые строки пушкинских автографов.

Жили мы тогда не очень богато, поэтому книги для чтения я брала в детской библиотеке, а эта Книга была своя, любимая.

Потом Пушкина читали мои дети, внук, я постоянно использую это издание в своей работе с младшими школьниками. Сейчас в доме появилось и собрание сочинений Пушкина, и много книг о нем, но такой, как эта, нет.

Она – моя первая любовь к литературе, поэзии, Пушкину. Может быть, благодаря ей, я стала читать много других стихов, сама пытаюсь со школьных лет сочинять стихи, сказки.

В современных детских изданиях пушкинских сказок, мне кажется, слишком много ярких иллюстраций (такие книги были у моего внука). Они не дают простора для фантазии, не развивают воображение детей, и так замученных телевизорами, «видиками» и прочими новыми технологиями. Школьники привыкли к мельканию картинок на экране и с трудом воспринимают текст, язык пушкинской эпохи им непонятен. Они не имеют представления о тех исторических событиях, героях, мифологических именах, которые были хорошо знакомы поэту и вызывали отклик в его душе.

Появилось множество ярких, кратко изложенных языком комиксов, книг моих любимых авторов. Жюль Верн, Даниель Дефо, Марк Твен, многие другие произведения в кратком пересказе, похожие на жвачку – вроде, что-то жуешь, а пользы никакой. Но и эти книги не интересуют «Поколение пепси».

Счастье, что из стихов жвачку не сделаешь, ведь народная мудрость гласит, что из песни (и из стиха тоже) слова не выкинешь. Но замученные реформами, учителя также не могут привить детям интерес к поэзии, к литературе.

В ряде учебников, например, «Родной речи» (автор Голованова и К˚), детям семи-десятилетнего возраста предлагаются стихи, которые с трудом поймут и десятиклассники, с рассуждениями о бренности бытия, о могилах матери или друзей, о храмах и трудном детстве. Куда-то исчез, например, милый нашему поколению некрасовский «Мужичок с ноготок» и многие другие простые понятные стихи о детях.

Стихи же А. С. Пушкина, которые раньше были немного сокращены, даны полностью, сразу в начальных классах, и надо пояснять, кто такая «северная Аврора», кем была Пушкину «друг прелестный», вместо того, чтобы восхищаться красотой «дня чудесного». Всему свое время, станут старше – прочтут и поймут, а если отбить желание читать и слушать прекрасные стихи в детстве, то не прочитают и не полюбят никогда, что, зачастую и делает школьная программа начальных классов, в которой количество уроков чтения уменьшилось с шести до трех, то есть, в два раза.

К сожалению, и мои школьные годы не оставили ни одной новой пушкинской строки в памяти. Произведения поэта, похоже, «проходили» так скучно, что я не помню ни имени учителя литературы, ни одного урока, посвященного Пушкину, да и другим писателям и поэтам тоже.

Но книги я брала в районной библиотеке, на свою и на две родительских карточки, по двенадцать в неделю, (больше не давали). Читала запоем.

И обязательно среди этих книг были одна-две книжечки стихов. Пушкин, Лермонтов, Леонид Мартынов, Вероника Тушнова, Сергей Наровчатов, много других авторов. Запрещенных тогда поэтов «Серебряного века» в библиотеках не было, мы о них и не подозревали. Возможно, книгу стихов давали в нагрузку, как и научно-познавательную литературу, такой был порядок у нас в районке, но мне кажется, что стихи я брала сама, все искала самого любимого поэта.

За стихи, посвященные Александру Сергеевичу, меня, как юное дарование, отправили в областной центр на слет начинающих поэтов. Там я впервые услышала фортепьянную классическую музыку в «живом» исполнении, увидела живых! поэтов, (помню Маргариту Агашину), получила награду – какой-то диплом и несколько книжек. После этого сочиняла стихи с удвоенной силой – «ни дня без строчки». Хорошо, что они тоже все потеряны, скорее всего, это были подражания и повторы любимых стихов, не помню, прошло-то уже сорок лет с тех пор.

Потом – институт, замужество, дети, работа – порой было не до стихов, но ведь своих учеников начальных классов я учила читать и по стихам великого поэта, прививала любовь к ним, к литературе целых тридцать пять лет и как учитель, и как школьный библиотекарь. И честно скажу, получалось не так, как хотелось бы. Урок – на стихотворение, 3-5 уроков на сказку, и тут же следующий автор, другие стихи. Пушкина успевали полюбить только те дети, которым его читали дома мамы, бабушки.

А таких с каждым учебным годом все меньше, в лучшем случае, детям покупают российские или старые советские мультики, в худшем они смотрят семейку Симпсонов.

В пятом классе на уроки литературы отведено 2 часа, а на уроки английского языка – три. Вряд ли сельские дети из простых семей поедут жить или отдыхать в Англию.

Но ведь говорить правильным русским языком, любить литературу родной страны мы их должны научить. За 2 урока в неделю? При том влиянии, которое оказывает на подрастающее поколение телевидение, современные сериалы и ток-шоу, реклама, Интернет?

Я уже на пенсии, но я надеюсь поработать еще и кому-то, пусть не всем, привить интерес, любовь к поэзии, к Пушкину, передать свое стремление к изучению его жизни, его непростой судьбы.


* * *

Александр Сергеевич Пушкин,

Поэт, человек, гражданин…

Много поэтов, разных и нужных,

Вы у России – один.

Цари, короли, президенты –

Их слава живет моменты.

А Ваша уже два столетья

России святое наследье.

Шепча строчки сказок на ушко,

Укладывая в кровать,

-Запомни, малыш, это Пушкин,-

Мне говорила мать.

И вот на страничке книжки,

Пальцем по строчкам ведя,

Я угадала: «Пушкин»!

Я узнала тебя.

Потом были строфы другие,

Как грозный подземный рокот.

Тревогу и боль России

Я слышала в этих строках.

Прошло, пролетело время,

В России еще, пусть реже,

Читает «младое племя»

Пушкина книги как прежде.

И пусть телевизор глушит,

Реклама в глазах мелькает,

Будет в России Пушкин,

Пока мы стихи читаем!
Как жаль, что Пушкин наших мест не посетил.

Свой стихи тогда б он посвятил

Тебе, Терса, и вам, приречные дубравы,

И вам, холмы, и вам, раздольные поля.

Тебя, Самойловская, он прославил бы, земля

Тебе великую принёс бы славу.

И звался б цикл стихов его

Не «болдинская» вовсе,

А, скажем, так:

«Самойловская осень»